8 мая 2026 года официально стартовала предвыборная кампания по выборам в Национальное собрание Республики Армения. Май ознаменовался беспрецедентным уровнем языка ненависти, основными источниками которого стали представители правящей партии «Гражданский договор» и их сторонники. Центральной фигурой, систематически распространявшей риторику ненависти в отношении армян Нагорного Карабаха, вновь стал премьер-министр Никол Пашинян.
Наиболее примечательные инциденты произошли 18 мая, когда правящая партия проводила предвыборные мероприятия в ереванском районе Арабкир. С раннего утра Никол Пашинян демонстрировал людям видеозапись сомнительного происхождения, которая на тот момент получила ограниченное распространение. На кадрах люди в масках, предположительно вооружённые автоматами, обвиняли премьер-министра Пашиняна в сдаче Нагорного Карабаха, говорили на карабахском диалекте и угрожали ему, заявляя, что следят за ним и знают маршрут его кортежа.
Пашинян начал эмоционально комментировать видео, отождествляя людей в масках с лидерами оппозиции. Он неоднократно подчёркивал их «карабахский акцент». Хотя формально его заявления были адресованы неизвестным лицам на видео, используемые формулировки и подача фактически обобщали обвинения и усиливали ранее продвигаемый им нарратив о «сбежавших карабахцах».
Более того, он добавил в этот нарратив новые элементы, которые часто встречаются в комментариях, содержащих язык ненависти, под публикациями в социальных сетях. Пашинян призвал людей в масках снять маски, чтобы все увидели, что это «трусы, которые бежали из Карабаха на Ferrari, бросили поле боя и, возможно, даже стреляли нашим детям в спину».
«Каждый из вас ответит за то, что вы оставили наших детей одних в окопах и убежали», — пригрозил премьер-министр неизвестным лицам на видео, говорившим на карабахском диалекте.
Вместо того чтобы обращаться к конкретным людям, присутствующим на видеозаписи, Пашинян фактически распространил эти обвинения на всех армян Нагорного Карабаха и всех носителей «карабахского акцента», приписав этой группе тяжкие преступления, включая «стрельбу нашим детям в спину» и «оставление наших детей одних в окопах с последующим бегством». Подобная риторика формирует глубокую и эмоциональную враждебность к целевой группе.
Опасность языка ненависти в данном случае заключается в превращении критики в адрес неопознанных лиц в коллективные обвинения, направленные против насильственно перемещённых армян Нагорного Карабаха и даже против их диалекта.
Пашинян продолжил развивать этот нарратив во время инцидента с врачом Арпине Согоян. Женщина подошла к премьер-министру во время его предвыборного мероприятия возле её дома, сообщив, что её брат — высокопоставленный офицер — пропал без вести во время войны 2020 года, и обвинила Пашиняна в том, что он «разрушил страну».
Критика вызвала раздражение премьер-министра, который начал приравнивать женщину к лидерам оппозиции и кричать на неё. Когда она попыталась уйти, он схватил её за руку и потянул обратно, заставив выслушать его до конца.
«Вы пытались поставить нас на колени», — заявил премьер-министр, добавив, что сам он поставит на колени и уничтожит «Роберта, Сержа, Калужца и Гаго», имея в виду бывших президентов Роберта Кочаряна и Сержа Саргсяна, лидера партии «Процветающая Армения» Гагика Царукяна и председателя партии «Сильная Армения» Самвела Карапетяна.
Хотя женщина не являлась переселенкой из Нагорного Карабаха и много десятилетий проживала в Ереване, Пашинян вновь связал свою реакцию с Карабахом:
«Это вы разрушили его. Вы разграбили всё через Карабах».
Отвечая на любую критику обвинениями, связанными с Нагорным Карабахом, Никол Пашинян делает армян Нагорного Карабаха объектом нападок даже тогда, когда обсуждаемые вопросы никак с ними не связаны.
«Почему ты жив?» — стигматизация и коллективная вина
Кульминацией событий 18 мая стал инцидент с общественным деятелем из Нагорного Карабаха Артуром Осипяном, в ходе которого премьер-министр вновь прибег к риторике, разжигающей враждебность по отношению к армянам Нагорного Карабаха.
Во время предвыборного мероприятия Осипян подошёл к Пашиняну и обвинил его в покровительстве коррупционным чиновникам Нагорного Карабаха. Это вызвало гневную реакцию премьера:
«Эти псевдоэлиты из Карабаха приехали сюда и машут нам пальцем. Убирайся отсюда. Кто ты вообще такой? “Я Артур Осипян”. Ты должен был разбить голову об стену, ты должен был умереть вместо наших детей. “Я Артур Осипян”. Вы воры и животные. Почему ты жив? Почему ты жив, если говоришь о пяти тысячах погибших? Негодяй, почему ты жив?»
В данном случае речь идёт о феномене стигматизации. Международные правовые и экспертные определения языка ненависти рассматривают стигматизацию как один из ключевых механизмов и наиболее опасных последствий такой риторики. Международные организации определяют стигматизацию как процесс, в ходе которого определённая группа или человек на основании национальных, региональных, религиозных или иных признаков публично наделяются негативными, унизительными или «предательскими» характеристиками, что приводит к их маргинализации и повышает риск насилия в их отношении.
Фразами «ты должен был умереть вместо наших детей» и «почему ты жив» Пашинян пытается внедрить в общественное сознание идею о том, что любой армянин Нагорного Карабаха, переживший войну и осмелившийся предъявлять политические требования, является «предателем» или «дезертиром» уже потому, что остался жив.
Примечательно, что Пашинян продолжил повторять эти нарративы и после инцидента. Во время брифинга 28 мая он заявил:
«Где воевал Артур Осипян, что он поднимает вопрос Нагорного Карабаха?»
При этом Артур Осипян является участником войны 2020 года, что подтверждают его сослуживцы.
Заявления премьер-министра являются частью более широкой пропагандистской кампании последних лет, направленной против насильственно перемещённых армян Нагорного Карабаха. Эти нарративы стремятся представить карабахских армян дезертирами и переложить ответственность за этническую чистку на её жертв.
В этом контексте вопрос Пашиняна «Почему ты жив?» является логическим продолжением скандального заявления председателя Национального собрания Алена Симоняна, сделанного годом ранее: «Вы не воевали, вы должны были остаться и воевать».
Во время конфликта с Осипяном премьер-министр фактически озвучил скрытый смысл этого заявления.
Данный дискурс, как и аналогичные заявления представителей власти и провластных кругов, строится по принципу противопоставления «мы» и «они». Когда Пашинян говорит, что Осипян должен был умереть «вместо наших детей», он фактически разделяет участников войны на разные категории и группы.
Сразу после конфликта Артур Осипян был арестован на два месяца. Ему были предъявлены обвинения по трём статьям: хулиганство, воспрепятствование предвыборной агитации и публичные призывы к насилию.
Осипян объявил голодовку, требуя извинений от Николы Пашиняна.
Только после давления со стороны гражданского общества 10 июня, на 24-й день голодовки, мера пресечения была изменена. Осипян прекратил голодовку и заявил, что намерен добиваться извинений премьер-министра через суд.
Усиление коллективной ответственности провластными инфлюенсерами
Инцидент с Артуром Осипяном стал поводом для новой волны нападок на армян Нагорного Карабаха со стороны провластных блогеров и пользователей социальных сетей.
Например, провластный блогер Роман Багдасарян опубликовал следующий пост в Facebook:
«Когда ты из Карабаха… когда между ног у тебя только прокладка… когда ты сбегаешь, бросая 18-летних солдат из Армении в окопах… когда тебе безразличен контракт, который ты подписал в армии… когда ты можешь восемь часов держать руль автомобиля, но не можешь держать автомат… когда ты не защищаешь свои церкви. Десятки тысяч карабахских мужчин, которые от страха наложили в штаны при виде войск соседней страны, теперь жалуются, что разрушают церкви. А кто вам мешал защищать эти церкви вместо того, чтобы бежать? И эти предатели на собственной земле ещё и критикуют Пашиняна».
Роман Багдасарян, неоднократно распространявший язык ненависти в отношении армян Нагорного Карабаха, пользуется заметной поддержкой и покровительством армянских правоохранительных органов.
Подобная риторика направлена на дегуманизацию целого сообщества и представление его членов как «дезертиров», что, в свою очередь, может служить оправданием потенциального насилия против них.
Называя всех армян Нагорного Карабаха дезертирами, Багдасарян укрепляет пропагандистский стереотип о том, что жители Армении воевали за Карабах, тогда как сами карабахцы якобы бежали. Это способствует формированию глубокой враждебности между различными группами общества.
В конечном итоге логика подобных заявлений сводится к тому, что армяне Нагорного Карабаха якобы вообще не имеют права критиковать власти. Сначала их дегуманизируют, а затем лишают права участвовать в общественной дискуссии.
Багдасарян был не единственным сторонником власти, распространявшим подобные заявления. Сторонник правящей партии Татул Асилян, активно участвовавший в предвыборной кампании «Гражданского договора», призвал к высылке карабахских армян из Армении:
«Тем карабахским армянам, у которых слишком длинный язык, нужно вырвать его с корнем. Уважаемый премьер-министр, выгоните их из нашей страны».
Инцидент с Осипяном также позволил другой провластной активистке — Аните Арутюнян — распространить ещё один популярный среди сторонников власти нарратив о «неблагодарных карабахцах».
Во время прямого эфира в Facebook 18 мая она заявила:
«Разве мы ничего для вас не сделали, отбросы? Разве мы вам не помогали? Разве не дали вам дома? Разве не помогали лекарствами? Разве не спасали вас? Разве не воевали за вас? Разве не тратили на вас последние деньги? Разве не приносили вам еду из своих домов? Разве вы не носили нашу одежду? Разве мы ничего для вас не сделали, животные? Те пятьдесят тысяч драмов, которые вы получаете, — это ничего?»
Затем она продолжила развивать риторику премьер-министра:
«Да, почему ты жив? Почему ты вообще жив? Зачем ты живёшь? Ты должен был умереть вместе с ребятами. Тогда хотя бы можно было сказать, что ты принёс какую-то пользу. А так ты не погиб — ты просто сгинул… Почему вообще должен был родиться такой человек, как ты? Как можно так разговаривать с премьер-министром? Как можно так себя вести? День за днём, час за часом, секунду за секундой я всё больше убеждаюсь, что нет никого более отвратительного, чем карабахские армяне. Есть несколько хороших людей, но из-за таких, как ты, мы уже и их видеть не хотим.
Да, почему мы должны были вам помогать? Почему наши парни должны были проливать за вас кровь? Почему мы должны были защищать Карабах, чтобы потом такие отбросы говорили: “Что вы для нас сделали?” Почему? Почему сегодня мы не можем смотреть в глаза родителям погибших из-за 44-дневной войны? Ты ничтожество…»
Таким образом, Арутюнян не только повторяет, но и радикализирует нарратив, продвигаемый премьер-министром, превращая спор с одним человеком в коллективное обвинение всего сообщества армян Нагорного Карабаха.
Государственная помощь как инструмент политической лояльности и давления
Намёки на то, что политически нелояльные карабахцы должны покинуть страну, звучали не только в социальных сетях.
В мае аналогичный инцидент произошёл в одной из общин Талина. Глава общины Таврос Сапеян пришёл к дому женщины — переселенки из Нагорного Карабаха — и попытался вручить ей агитационные материалы партии «Гражданский договор».
Женщина ответила, что не занимается политикой, уважает мэра, но не интересуется партиями.
В ответ мэр обвинил её в неблагодарности.
Далее последовал следующий диалог:
Мэр: «Этот дом, в котором вы живёте, чей он?»
Женщина: «Сейчас он мой».
Мэр: «А кто дал деньги на него?»
Женщина: «Деньги дало государство, а не какие-то отдельные люди из своего кармана».
Мэр: «Так вот, государство — это мы. Никол Пашинян. А кто помог вашим детям в первый день?»
Женщина: «Я благодарна всем людям, которые нам помогали. Но политика нас не интересует».
Мэр: «С таким отношением вы недолго проживёте в Республике Армения… Придёте ко мне — куплю вам билет в Россию».
Женщина: «Почему? Это тоже считается врагом? Нет. Лучше умереть достойно, чем жить униженной».
Мэр: «Если бы собирались умереть, то должны были умереть в своём Карабахе».
Психологическое давление, запугивание и язык ненависти со стороны главы общины демонстрируют сразу несколько взаимосвязанных явлений.
Во-первых, происходит политическая монетизация государственных программ помощи и навязывание чувства долга через обвинения в неблагодарности. Помощь переселенцам является обязанностью государства, а не благотворительностью или личной заслугой какой-либо партии.
Во-вторых, мэр фактически стирает границу между государством и собственной политической силой, утверждая, что противостояние их партии равнозначно противостоянию государству.
Затем следует уже прямое запугивание: «С таким отношением вы недолго проживёте в Республике Армения».
Обращаясь к женщине, которая уже однажды была вынуждена покинуть свой дом, чиновник фактически даёт понять, что она является лишь гостем, а не полноценным членом армянского общества, и что отсутствие политической лояльности может стать основанием для её изгнания.
Этот эпизод усиливает чувство незащищённости и отчуждения среди переселённых армян Нагорного Карабаха.
Заключение
Подводя итоги мониторинга распространения языка ненависти в отношении армян Нагорного Карабаха в мае 2026 года, можно сделать вывод, что основными источниками этой риторики были представители правящей партии во главе с премьер-министром Николом Пашиняном.
Более того, именно Никол Пашинян последовательно формировал и продвигал различные нарративы, направленные против армян Нагорного Карабаха, многие из которых впоследствии получили широкое распространение в общественном пространстве и социальных сетях.
Открытые призывы, содержащие язык ненависти, включая требования о высылке карабахских армян из Армении, также распространялись провластными пользователями.
При этом правоохранительные органы продолжают демонстрировать бездействие в отношении подобных инцидентов.
Данный отчёт подготовлен при финансовой поддержке Европейского союза и Трансатлантического фонда Германского фонда Маршалла США (GMF TF).
Ответственность за содержание отчёта несёт исключительно Региональный центр демократии и безопасности. Содержание публикации не обязательно отражает позицию Европейского союза или Трансатлантического фонда Германского фонда Маршалла США.
Авторы: Тигран Григорян и Айк Ханумян, Regional Center for Democracy and Security, 22 июня 2026 г.
