24–25 июня в Нидерландах прошёл саммит НАТО. По его завершении президент Турции Таир Эрдоган провёл пресс-конференцию и ответил, в основном, на вопросы иностранных журналистов. Наряду с интересом к темам НАТО, Украине и турецко-израильским отношениям, один из вопросов задал азербайджанский журналист:
«Господин Президент, два года назад, на саммите НАТО в Вильнюсе, я задал вам вопрос: “Когда российская армия покинет Азербайджан?” И вы ответили: “Российская армия покинет Азербайджан”. Так вот — когда она его покинет? И когда турецкая армия придёт в Азербайджан? Потому что, когда турецкой армии там нет, угроза российской оккупации сохраняется. Мы это так понимаем. Спасибо».
Президент задумался, прежде чем ответить. В этот момент я сам поймал себя на мысли: «Интересно, а российская армия разве всё ещё в Азербайджане?»…
В итоге Эрдоган ответил так:
«Российская армия уже покинула Азербайджан. Её там нет. Ну, раз ушла, значит, вопрос сам собой снимается. Я недавно был в Карабахе — и ничего подобного там не увидел. Сейчас Азербайджан стремится наладить государственное управление в этом регионе, сделать его пригодным для жизни».
Однако меня зацепила мысль: «Как азербайджанский журналист может не знать, что российских войск там уже нет?»., — пишет автор статьи в турецкой газете Yeni Safak.
Сегодня я вспомнил это недоумение по причине заявления Кремля, прозвучавшего в понедельник.
Пресс-секретарь Песков заявил:
«Отношения между Россией и Азербайджаном имеют прочную основу и строятся на взаимовыгодном сотрудничестве. Однако в этих отношениях бывают и сложные периоды. Сейчас мы переживаем один из таких периодов. Надеемся, что он завершится. Кремль придаёт большое значение тому, чтобы в Азербайджане проявлялось уважение к россиянам. В России также проживает большая азербайджанская диаспора. Почти все её представители — законопослушные граждане, пользующиеся заслуженным уважением. Те же, кто нарушает законы, будут отвечать в рамках закона».
Эти слова, в свою очередь, напоминают и вторую часть вопроса, адресованного Эрдогану:
Раз уж первая часть утратила актуальность, то и вторая кажется неуместной. Но теперь она снова возвращается на повестку:
«Когда турецкая армия войдёт в Азербайджан? Потому что без неё сохраняется угроза российской оккупации».
Разве это не заслуживает внимания?
О том, что Турция в конфликте с Арменией поддерживала Баку, известно давно. (Хотя непосредственно — на поле боя — её военные участия не принимали.) Да и тесные оборонные связи между двумя странами ни для кого не секрет. Это не порицается и не удивляет. Более того, существует Шушинская декларация!
Тем не менее — ожидается ли теперь присутствие турецкой армии в Азербайджане? Действительно ли в этом есть необходимость? Если да, то почему — и почему именно сейчас?
Напряжение в отношениях между Россией и Азербайджаном ощущается. Вспомним недавние события: сбитый самолёт, казавшиеся систематическими случаи плохого обращения с гражданами Азербайджана в России, взаимные протесты и прочее.
Но что именно послужило причиной всему этому?
Если верить заявлению Пескова, «трудный период» в отношениях двух стран продолжается. Известно, что Анкара обсуждала это с Москвой, и напряжение будто бы пошло на спад. Однако под поверхностью, как в Москве, так и в Баку, всё ещё что-то «кипит».
Внутри региональных динамик можно выделить три ключевых, взаимосвязанных фактора:
1. Мир между Азербайджаном и Арменией.
Подписание мирного договора ожидается до конца года. Однако произошедшая в Армении «попытка переворота» (кавычки — ред.), которая, по ощущениям, как минимум политически поддерживается Россией — через активизацию церкви и другие инструменты, — вызывает тревогу. Москва боится, что после соглашения может сформироваться новая геополитическая архитектура, способная вдохновить аналогичные процессы в других местах. Это касается и Грузии, и Каспийского региона, и тюркских республик. На фоне продолжающейся войны в Украине, Россия подозревает, что Запад заходит в тыл — с Востока.
2. Отдельно — Иран.
Сейчас Москва и Пекин тесно взаимодействуют с Тегераном, в том числе по ядерной теме. Две державы, рассматривающие уход Запада с Ближнего Востока как шанс перехватить стратегическое лидерство, хотят, чтобы «процесс завершился» именно на Иране. Предполагается, что в обмен на уступки со стороны Трампа по Украине, Россия идёт навстречу США по Ирану.
3. США и Зангезур.
Стратегическое значение этого коридора не вызывает споров. Он соединяет материковый Азербайджан с Нахичеванью, а оттуда — с Турцией и, далее, с «внешним миром». Инициатива, озвученная послом США в Турции Барраком в середине июля, тоже остаётся в памяти:
«Участок всего 32 км, но за 10 лет договориться так и не удалось. Тогда передайте нам управление этим путем на 100 лет, и вы все вместе сможете им пользоваться».
Москва и Тегеран, разумеется, прекрасно поняли, что это значит.
Геополитический и стратегический контекст этого вопроса уже анализировался 9 июля, но сейчас стоит рассмотреть всё по отдельности:
- Иран с самого начала резко против. Упрямо сохраняет свою позицию.
- Армения выступает против того, чтобы маршрут называли «Зангезурским коридором». Считает это угрозой суверенитету.
- Азербайджан возражает только по техническим причинам: Ереван, по мнению Баку, не способен гарантировать беспрепятственный проход.
- Турция поддерживает проект. Её интересует не только азербайджано-армянский мир, но и нормализация с Арменией, и расширение коридора в сторону Центральной Азии. Визит Пашиняна в Анкару вызвал интерес. Зангезур — ключевое звено в «срединном коридоре», который Турция рассматривает как приоритетный.
- Россия же понимает, что реализация проекта сократит значение маршрутов, проходящих через её территорию. Северный путь, уже частично парализованный из-за Украины, станет ещё менее актуальным. И, главное, в регион вернётся Запад, оттеснённый отсюда ранее.
Таким образом, обострение между Россией и Азербайджаном — одно из проявлений снижения влияния Москвы и Тегерана в Южном Кавказе.
Статья переведена с турецкого языка на русский с целью ознакомления и не преследует целей поддержки приведенных оценок и нарративов.
Статья опубликована 23/07/2025 в турецкой газете Yeni Safak.
